Каток. Харламов и Воля в шерстяных свитерах, рейтузах и шапках-петушках учат тройку 9.

Каток. Харламов и Воля в шерстяных свитерах, рейтузах и шапках-петушках учат тройку № 9. Воля стоит у борта с советским учебником. Харламов заходит на тулупную тройку, взмахивает обеими руками, выбрасывает свободную ногу, чудом остаётся на коньке и на остатках достоинства доезжает до борта.
Харламов, обессиленно падая на борт:
— Я боюсь делать эту тройку.
Воля, не отрываясь от учебника:
— Правильно делаешь.
Харламов медленно поднимает голову.
Харламов:
— В смысле!
Воля:
— Ну ты же поворачиваешься руками, жопой и молитвой. Конёк в процессе не участвует. Я бы тоже боялся.
Короткий повтор предыдущей попытки. На слове «руками» Харламов машет руками.
Харламов, возмущённо:
— Я руками помогаю, потому что мне страшно!
Воля, показывая на след, который зигзагом уходит в борт:
— Нет. Тебе страшно, потому что ты руками помогаешь. Мозг смотрит: конёк хер знает где, управляет им хер знает кто, а башка у нас одна. И закрывает аттракцион.
Харламов, показывая на лёд:
— Но тройка-то получилась!
Воля сверяется с рисунком в учебнике, потом с харламовской кардиограммой на льду.
Воля:
— Получилась. Один в один с Алиэкспресса. На картинке изящный поворот опорной ногой, а в посылке приехала висячая нога сбоку и ручки Малинин-стайл на минималках.
Харламов:
— И как убрать страх
Воля снимает с Харламова длинный шерстяной шарф и приматывает ему локти к туловищу.
Воля:
— Не страх убрать, а рукомашенье.
Харламов, стоя сосиской:
— И всё
Воля:
— Нет. Потом ещё научить опорную ногу делать повороты. Но это всё-таки быстрее, чем годами прорабатывать детскую травму тулупной тройки.
Харламов осторожно заходит на упражнение. Первую тройку кое-как выполняет. На второй его разворачивает и он снова молча приезжает лицом в тот же борт.
Харламов, не меняя положения:
— А почему их надо делать две подряд
Воля, захлопывая учебник:
— Тулупная и петельная. Чтобы, если первая нечаянно чудом получилась, на второй чтоб вскрылась вся схема.